Соколов Петр Федорович. Картины автора. Виртуальный музей живописи.

Соколов Петр Федорович
(1791-1848)

СОКОЛОВ Петр Федорович —
(1791, Москва — 3(15).8. 1848, с. Старый Мерчик, Харьковская губ) живописец, акварелист, литограф,
портретист, родоначальник жанра русского акварельного портрета с натуры,
вытеснившего в 1820-40-х гг. портретную миниатюру

Его акварельные портреты для
нас — своеобразные окна в минувшее, через которые в XXI век смотрят давно
покинувшие мир люди — светские красавицы и блестящие офицеры, писатели и
художники, музыканты и государственные деятели, представители Высочайшего
двора, генералы, участники Отечественной войны 1812 года, декабристы,
чиновники, кавалерственные дамы, фрейлины, щеголи. Он портретировал столь
многих, что в лицах, им представленных, оживают целые страницы этого периода
истории России. Он создал более пятисот произведений, хранящихся в больших и
малых музеях России и частных коллекциях.

Лучшие
произведения П.Ф.Соколова не имеют себе равных. Его имя неразрывно связано с
пушкинской эпохой. Без его рисунков и акварелей, невозможно представить себе
портретную галерею современников поэта.

Профессиональная судьба
П.Ф.Соколова начиналась довольно типично для мастеров его круга и времени — он
закончил Академию художеств в 1809 году по классу исторической живописи у
замечательных педагогов и непревзойденных рисовальщиков А.Е.Егорова и В.К.Шебуева.
За программное произведение «Плач Андромахи над телом
Гектора» Петр Федорович получил вторую (малую) золотую медаль. Мечтая, как и
все художники-академисты, продолжить образование в Италии, а на это давала
право лишь первая золотая медаль, Соколов остался в Академии еще на год. Он
вновь участвовал в конкурсе, но и вторая попытка не увенчалась успехом. И кто
знает, как сложилась бы его творческая жизнь, если бы фортуна ему
сопутствовала.

Сколько усилий, времени, таланта было бы отдано «высокому» жанру —
историческому, и какое место в его творчестве занял бы жанр портретный? Не
повторил ли бы он трагическую ошибку О.Кипренского? Создавая
прекрасные портреты, художник фактически убивал себя мыслями о том, что не
создаёт больших исторических, сюжетных полотен, которые должны были
обессмертить его

Поначалу он бедствовал, но довольно скоро, начал давать уроки живописи и
стал заниматься графическим портретом, исполненным в технике итальянского
карандаша, а затем и акварелью, имевшие большой успех. Благодаря этим
портретам, круг знакомств его очень скоро расширился .

Акварельная живопись
Петербурга и России достигала исключительного расцвета в последние десятилетия
XIX и первые два десятилетия ХХ века. Во времена, когда ещё не было фотографий,
быстрота исполнения, возможность фиксировать образ без многочисленных и
утомительных сеансов позирования, воздушность колорита, акварель пользовалась
успехом в высших и средних слоях русского общества.

Акварельные портреты заказывались
всеми членами царствующего дома, аристократами, великосветскими красавицами,
высшими военными чинами, министрами, дипломатами, всеми сколько-нибудь
состоятельными людьми. Иметь свою домашнюю коллекцию акварелей до 1917 года
считалось признаком хорошего тона и благосостояния. В ту пору, было принято
заказывать графические портреты близких, друзей, родных. Такие портреты
сопровождали владельцев и в путешествиях, и дома; их вешали на стену или
ставили на стол.
Необыкновенным успехом пользовались его «свадебные» портреты. Забавным
свидетельством тому служат слова одного из заказчиков: «…Мы теперь без вас,
Петр Федорович, не можем обойтись как без попа, если же не благословите вашей
талантливой рукой, то и брак считается недействительным».

В 1821 году по рекомендации флигель-адъютанта графа С.Ф.Апраксина,
с которым П.Ф.Соколов был дружен, художника пригласили для работы в Аничков
дворец. Удачно исполнив портрет трехлетнего великого князя Александра
Николаевича, будущего императора, он стал получать заказы от императорского
дома.

С портретом самого императора Николая I произошел неожиданный казус. Едва
художник «успел набросать карандашом контур», государь прервал сеанс и «кистью
провел черту под носом нарисованного контура» со словами: «Возьми это себе на
память».

Насколько достоверен этот анекдот, переданный в мемуарах сыном художника
Павлом, сказать трудно. Однако, безусловно, странно, что Соколов, выполнявший
так много заказов двора, при всем его необыкновенном таланте и популярности так
и не удостоился звания придворного художника. Впрочем, и звание академика
портретной акварельной живописи ему было присвоено лишь в 1839 году. Не имея
достаточных биографических сведений, можно лишь предполагать, что одной из
известных причин столь медленной карьеры было неудовольствие, некогда
высказанное императором.

И тем не менее, заказы двора способствовали росту славы
художника. Из желающих иметь портреты Соколова образовалась «живая очередь», и
многим приходилось дожидаться начала сеанса иногда по месяцу. Общество избрало
для себя «художника-фаворита».

Особое место в творчестве
художника занимают портреты декабристов и их жен, последовавших в Сибирь за
приговоренными к каторге мужьями. Написанные на память близким людям, эти
небольшие по формату изображения дали возможность ссыльному декабристу Н. А.
Бестужеву проникнуть в секреты акварельной техники Соколова и самому в
сибирской каторге и ссылке написать «в манере Соколова» целую серию портретов
своих товарищей по заключению и их жен, создав таким
образом уникальную галерею образов декабристов.

Акварельные портреты Соколова
отличаются тонкостью характеристик, им свойственна легкая, подвижная манера
письма. Художник стремился избегать детализации в рисунке, отказывался от многоцветия в колорите, умело
подбирая красочные полутона. Соколов писал акварелью, не прибегая к белилам и
не нанося предварительного карандашного контура. Прозрачность и чистота
акварельных красок, когда сквозь них просвечивает белая бумага, точность
моделировки, свобода и виртуозность красочного мазка делают портреты, созданные
Соколовым, живыми и естественными.

Лицо художник прорабатывал
детально мелкими, почти точечными мазочками,
фигуру и одежду писал свободно и широко. Фигуры на портретах (особенно женских)
выглядят воздушными, словно бы очерченными штрихами. Так, в портрете
С.Ф.Толстой фигура молодой женщины кажется очерченной всего несколькими
штрихами и плавными линиями. Белое платье и нежную кожу смуглого лица
контрастно оттеняют черные локоны, украшенные коралловой веткой.

Впервые о художественном
методе П.Ф.Соколова написал его младший сын, художник-акварелист академик
А.П.Соколов. Он отмечал, что отец никогда не прибегал к смывкам, притираниям,
сглаживаниям или каким-либо другим приемам вне собственно живописных.
«С замечательной смелостью правдивый тон лица, платья, кружева аксессуара или
фона ложился сразу, почти в полную силу и детализировался смешанными,
преимущественно сероватыми тонами, с замечательною прелестью и вкусом, так что
ход кисти, ея удары, спускание краски на нет, оставались на виду, не
мешая полной законченности всех частей. От этого в работах его никогда не было
заметно никакой замученности и труда; все выходило
свежо, легко и вместе с тем, рельефно и эффектно в красках»

Художник, оказал немалое
влияние на русских портретистов-акварелистов середины XIX. П.Ф.Соколов не
только познакомил Александра и Карла Брюлловых (братьев его жены) с тайнами
своего мастерства, но проявил заботу и об их жизненном благополучии.

Изящество композиции, красота неяркого колорита, особое поэтическое очарование,
свойственное образам Соколова, заставляют нас и теперь, по прошествии более
полутораста лет, высоко ценить его искусство.